В похвалу наукУже довольно лучший путь не зная,
Страстьми имея ослепленны очи,
Род человеческ из краю до края
Заблуждал жизни в мрак безлунной ночи,
И в бездны страшны несмелые ноги
Многих ступили — спаслися немноги,
Коим, простерши счастье сильну руку
И не хотящих от стези опасной
Отторгнув, должну отдалило муку;
Но стопы оных не смысл правя ясной —
Его же помочь одна лишь надежна, —
И тем бы гибель была неизбежна,
Но, падеж рода нашего конечный
Предупреждая новым действом власти,
Произвел Мудрость царь мира предвечный,
И послал тую к людям, да, их страсти
Обуздав, нравов суровость исправит
И на путь правый их ноги наставит.
О, коль всесильна отца дщерь приятна!
В лице умильном красота блистает;
Речь, хотя тиха, честным ушам внятна,
Сердца и нудит и увеселяет;
Ни гневу знает, ни страху причину,
Ищет и любит истину едину,
Толпу злонравий влеча за собою,
Зрак твой не сильна снесть, ложь убегает,
И добродетель твоею рукою
Славны победы в мал час получает;
Тако внезапным лучом, когда всходит,
Солнце и гонит мрак и свет наводит.
К востоку крайны пространны народы,
Ближны некреям, ближны оксидракам,
Кои пьют Ганга и Инда рек воды,
Твоим те первы освещенны зраком,
С слонов нисшедше, счастливы приемлют
Тебя и сладость гласа твого внемлют.
Черных потом же ефиоп[10] пределы,
И плодоносный Нил что наводняет[11],
Царство, богатством славно, славно делы,
Пользу законов твоих ощущает,
И людей разум грубый уж не блудит
В грязи, но к небу смелый лет свой нудит[12].
Познал свою тьму и твою вдруг славу
Вавилон, видев тя, широкостенный;
И кои всяку презрели державу,
Твоей склонили выю, усмиренны,
Дикие скифы[13] и фраки суровы[14],
Дав твоей власти в себе знаки новы.
Трудах по долгих стопы утвердила,
Седмью введена друзьями[15] твоими
В греках счастливых, и вдруг взросла сила[16],
Взросло их имя. Наставленный ими
Народ, владетель мира[17], дал суд труден[18]:
Тобой иль действом рук был больше чуден.
Едва их праздность, невежства мати
И злочинств всяких, от тя отлучила,
Власть уж их тверда не могла стояти,
Презренна варвар от севера сила[19]
Западный прежде, потом же востока
Престол низвергла в мгновение ока.
Была та гибель нашего причина
Счастья[20]; десница врачей[21] щедра дала
Покров, под коим бежаща богина[22]
Нашла отраду и уж воссияла
Европе целой[23] луч нового света;
Врачей не умрет имя в вечны лета.
Мудрость обильна[24], свиту многолюдну
Уж безопасна из царства в другое
Водя с собою, видели мы чудну
Премену: немо суеверство[25] злое
Пало, и знаем служить царю славы
Сердцем смиренным и чистыми нравы.
На судах правда прогнала наветы
Ябеды черной; в войну идем стройны[26];
Храбростью ищем, искусством, советы
Венцы с Победы рук принять[27] достойны;
Медные всходят в руках наших стены[28],
И огнь различны чувствует премены[29].
Зевсовы наших не чуднее руки[30];
Пылаем с громом молния жестока[31],
Трясем, рвем землю[32], и бурю и звуки[33]
Страшны наводим в мгновение ока.
Ветры, пространных морь воды[34] ужасны
Правим и топчем, дерзки, безопасны.
Бездны ужасны вод преплыв[35], доходим
Мир, отделенный от век бесконечных.
В воздух, в светила, на край неба всходим[36],
И путь и силу числим скоротечных
Телес[37], луч солнца делим в цветны части[38];
Чувствует тварь вся силу нашей власти.
Год: 1730
Источник: РВБ (1956)
Антиох Кантемир → <Благодарительные стихи Феофану Прокоповичу> («Устами ты обязал меня и рукою…»)