Иван Крылов

‎Коль в доме станут воровать,
‎А нет прилики вору,
‎То берегись клепать,

Или наказывать всех сплошь и без разбору:
‎Ты вора этим не уймешь
‎И не исправишь,

А только добрых слуг с двора бежать заставишь,

‎Хмель выбежал на огороде
‎И вкруг сухой тычинки виться стал;

А в поле близко дуб молоденький стоял.
‎«Что́ в этом пользы есть уроде,
‎Да и во всей его породе?»
‎Так про дубок тычинке Хмель жужжал.
‎«Ну, как его сравнить с тобою?

Ты барыня пред ним одной лишь прямизною.
‎Хоть листьем, правда, он одет,
10‎Да что за жесткость, что за цвет!
‎За что́ его земля питает?»
‎Меж тем едва неделя протекает,

Ты грустна, мой друг, Анюта;

Взор твой томен, вид уныл,

Белый свет тебе постыл,

В осенний темный вечер,

Прижавшись на диване,

Сквозь легкий сон я слушал,

Три Мужика зашли в деревню ночевать.

Здесь, в Питере, они извозом промышляли;
‎Поработа́ли, погуляли

И путь теперь домой на родину держали.

Шалун какой-то тень свою хотел поймать:

Он к ней, она вперед; он шагу прибавлять,
‎Она туда ж; он, наконец, бежать:

Но чем он прытче, тем и тень скорей бежала,
‎Всё не даваясь, будто клад.
‎Вот мой чудак пустился вдруг назад;

Попрыгунья Стрекоза

Лето красное пропела;

Оглянуться не успела,

‎ Махнув рукой, перекрестясь,

К тебе свой труд я посылаю,

И только лишь того желаю,

В вершине дерева, за ветку уцепясь,
‎Червяк на ней качался.

Над Червяком Сокол, по воздуху носясь,
‎Так с высоты шутил и издевался:

«Каких ты, бедненький, трудов не перенес!

Когда-то вздумалось Мышам себя прославить
‎И, несмотря на кошек и котов,
‎Свести с ума всех ключниц, поваров,

И славу о своих делах трубить заставить
‎От погребов до чердаков;

А для того Совет назначено составить,

‎У барина была Собака шаловлива,

Хоть нужды не было Собаке той ни в чем:
‎Иная бы таким житьем
‎Была довольна и счастлива
‎И не подумала бы красть!
‎Но уж у ней была такая страсть:
‎Что́ из мясного ни достанет,
‎В минуту стянет.
‎Хозяин сладить с ней не мог,
10‎Как он ни бился,
‎Пока его приятель не вступился
‎И в том ему советом не помог.

«Послушай», говорит: «хоть, кажется, ты строг,
‎Но ты лишь красть Собаку приучаешь,
‎Затем, что краденый кусок
‎Всегда ей оставляешь.
‎А ты вперед ее хоть меньше бей,
‎Да кражу отнимай у ней».
‎Едва лишь на себе Собака испытала
20‎Совет разумный сей,—
‎Шалить Собака перестала.

‎У одного крестьянина служа,

Собака с Лошадью считаться как-то стали.

«Вот», говорит Барбос: «большая госпожа!

Собака, Человек, да Кошка, да Соко́л

Друг другу поклялись однажды в дружбе вечной,
‎Нелестной, искренней, чистосердечной.

У них был общий дом, едва ль не общий стол;

Какой-то домовой стерег богатый клад,

Зарытый под землей; как вдруг ему наряд
‎От демонского воеводы,

Лететь за тридевять земель на многи годы.

Скупой теряет всё, желая всё достать.
‎Чтоб долго мне примеров не искать,
‎Хоть есть и много их, я в том уверен;
‎Да рыться лень: так я намерен
‎Вам басню старую сказать.

—————

Вот что́ в ребячестве читал я про Скупого.
‎Был человек, который никакого
‎Не знал ни промысла, ни ремесла,