Под тению черёмухи млечной
И золотом блистающих акаций
Спешу восстановить олтарь и муз и граций,
Сопутниц жизни молодой.
Спешу принесть цветы и ульев сот янтарный
И нежны первенцы полей:
Да будет сладок им сей дар любви моей
И гимн поэта благодарный!
Не злата молит он у жертвенника муз:
Они с фортуною не дружны.
Их крепче с бедностью заботливой союз,
И боле в шалаше, чем в тереме, досужны.
Не молит славы он сияющих даров:
Увы! талант его ничтожен.
Ему отважный путь за стаею орлов
Как пчёлке, невозможен.
Он молит муз: душе, усталой от сует,
Отдать любовь утраченну к искусствам,
Весёлость ясную первоначальных лет
И свежесть — вянущим бесперестанно чувствам.
Пускай забот свинцовый груз
В реке забвения потонет,
И время жадное в сей тайной сени муз
Любимца их не тронет:
Пускай и в сединах, но с бодрою душой,
Беспечен, как дитя всегда беспечных граций,
Он некогда придёт вздохнуть в сени густой
Своих черёмух и акаций.
Год: 1817
Источник: ФЭБ (1977)
Константин Батюшков → 6. «Куда, красавица?» — «За делом, не узнаешь!..»
Константин Батюшков → Любовь в челноке
Константин Батюшков → На перевод «Генриады» или Превращение Вольтера
Константин Батюшков → На поэмы Петру Великому (Не странен ли судеб устав…)