Яков Полонский

[182]

Из храма, где обряд венчальный

Связал их жребий и сердца,

В свой новый дом, с зеркальной спальной,

‎Это — весна!

Небо глядит сентябрём,

Жутко сидеть у окна;
‎Мгла за окном.

Риона шум и леса тень,

Плющ, виноград и цвет граната,

Прохладный ключ и знойный день,

‎Царя Вахтанга ветхие страницы
‎Перебирая в памяти моей,
‎Иду я в терем доблестной царицы,

В развалину — приют неведомых теней.
‎Уже заря, как зарево пожара,

На гребни тёмных скал бросает жаркий свет!
‎Заря, леса и скалы!.. О Тамара!
‎Не здесь ли пел твой пламенный поэт!

Писатель, — если только он

Волна, а океан — Россия,

Не может быть не возмущён,

И дождь прошумел, и гроза унялась,

А капли всё падают, падают…

Смыкаю глаза я, ночник мой погас,

Блажен, кому Господь сподобил с вами встретиться
‎Не на один блаженный час!

Чей ум при вас невольным чувством светится,
‎Чье сердце понимает вас!

Но жалок тот, кто встречею случайною
‎На миг утешен вами был,

Был вечер; в одежде, измятой ветрами,

Пустынной тропою шел Бэда слепой;

На мальчика он опирался рукой,

Мой костёр в тумане светит;

Искры гаснут на лету…

Ночью нас никто не встретит;

Твой светлый лик вчера являлся мне
В каком-то странном полусне.

Ты на меня смотрела с состраданьем,
Как будто перед расставаньем.


Лаская слух, звучал мне голос твой:
«Не умирай, о милый мой!

По всем землям, на всех морях

Ты слышишь гул изветов ложных

И бранный крик на всевозможных

Дым потянуло вдаль, повеяло прохладой.

Без теня, без огней, над бледною Невой

Идёт ночь белая — лишь купол золотой

О, подними своё чело!

Не верь тяжёлым сновиденьям;

Не предавайся сожаленьям

О, Боже, Боже!

Не Ты ль вещал,

Когда мне дал